Андрей Съедин
Кино обнажает тебя, как ребенка

Микеле Плачидо, известный всему постсоветскому пространству комиссар Каттани, приехал на закрытие кинофестиваля “Евразия” прямо из Рима. Там в тот момент проходила премьера новой картины с его участием. Однако итальянским поклонникам он предпочел казахстанских. “Когда жюри возглавляет такая личность, как Тео Ангелопулос, нелегко отказаться от приглашения”, - сказал господин Плачидо

- Ваши герои - в большинстве своем сильные люди. Кто вам ближе - несгибаемый комиссар Каттани или рефлексирующий майор советской армии по фамилии Бандура (из фильма “Афганский излом”)?
- Оба этих персонажа мне близки, потому что излучают позитивное отношение к жизни. Нынешний мир, полный терроризма, имеет необходимость в таких героях, готовых принять и политическую, и моральную ответственность.

Справка “НП”

В следующем году в Алматы стоит ожидать ретроспективу картин с участием Микеле Плачидо при поддержке Министерства культуры РК и посольства Италии. Помимо работы в кино Микеле играет в итальянском спектакле “Голос музыки”, с которым, возможно, проедет по нескольким городам Казахстана.

- В заключительной части сериала “Спрут” ваш персонаж погибает. Это было решением продюсеров или вы просто устали играть комиссара Каттани?
- Это было моим решением. Я вообще хотел закончить еще после первой части, потому что работал в театре, а также был занят в других проектах. Из уважения к режиссеру я решил продолжить. В тот момент, когда я понял, что “Спрут” превращается в мыльную оперу и перестает иметь влияние на публику, у меня пропало желание играть дальше.
- Какова была реакция итальянской мафии после показа сериала “Спрут”?
- Мафия существует за счет народа, но только до тех пор, пока не появляется уверенность в защите. Когда ты знаешь, что у тебя есть защита, пропадает страх перед мафией. Фильм имел бешеный успех и тем самым косвенно повлиял на упадок мафии, ведь в центре сериала стоял положительный персонаж. Откровенно говоря, это мы научили американцев делать политическое кино!
- Сейчас очень популярны криминальные телесериалы. Как, по-вашему, влияют ли такие фильмы на расцвет преступности?
- Публика сама должна решать - хорошо это или плохо. Но я считаю, что кино должно открыто показывать весь криминалитет. Я, как режиссер, тоже снял криминальный фильм.
- Комиссар Каттани предстал перед зрителями эдаким плейбоем. В жизни вы такой же?
- Каттани был плейбоем? Не помню такого. Он был обычным человеком с человеческими желаниями. Магдалена ведь тоже влюбилась в Иисуса. Я как любой другой мужчина, если вижу красивую женщину (и в данный момент свободен), то обязательно постараюсь за ней поухаживать. А вообще я предпочитаю качество количеству.
- Ваш фильм “Океан любви” автобиографичен?
- Да нет в общем-то. Это просто большая история любви феминистки. Надеюсь, у нас получится в следующем году привезти в Алматы другие мои картины.
- Чем вы занимаетесь помимо кино?
- У меня есть фазенда, которой я посвящаю много времени. Продаю свое вино. Помимо пятерых детей, у меня еще восемь братьев и мама, которые не стали знаменитостями, они обычные рабочие, и я им тоже помогаю. Приехав сюда, я подумал: “Почему бы здесь не заняться бизнесом? Открыть итальянский ресторан, например”.
- Вы достигли в своей карьере того, чего желали?
- Да, я с гордостью соглашусь с этим утверждением. Всю жизнь я всегда выбирал качество, выбирал то, что мне нравится. Если бы я хотел стать очень богатым человеком, то мог бы сниматься в сериале “Спрут” до бесконечности.
- В какой момент своей карьеры вы осознали, что вполне в состоянии управлять съемочным процессом, то бишь попробовать себя в роли режиссера?
- Я могу сказать однозначно, что стал снимать кино раньше, чем это сделал Джордж Клуни. Я считаю, что для того чтобы снимать фильмы, нужно иметь настоящую страсть к кино. Это отнимает гораздо больше сил, чем актерское мастерство. Кино обнажает тебя, как ребенка, ты предстаешь перед зрителем таким, каков ты есть на самом деле.
P.S. Удивительно, но на мой вопрос по поводу участия в знаменитой Томатине (итальянском празднике, известном на весь мир помидорной битвой, устраиваемой в конце лета уже более шестидесяти лет) Микеле ответил отрицательно. Более того, он никогда не слышал об этой традиции. “Но ваши помидоры не хуже наших”, - сказал господин Плачидо.