10 июня 2005 №23 (367)
     Культ личности

“Я славой был обязан ей”

На этой неделе, 6 июня, мы отметили день рождения Александра Сергеевича Пушкина, 206 годовщину. Вот уже третье столетие восторгается просвещенный мир его бессмертными творениями. Особенно пронзительна лирика в творчестве поэта. Она волнует и трогает сердце каждого. Я продолжаю всю жизнь исследовать для себя творчество поэта. И нахожу каждый раз что-то новое и неожиданное

В пятидесятые годы прошлого столетия я учился в Москве, затем по долгу службы часто бывал в ней, собирая и изучая материалы о великом поэте. Находясь в Москве, мы непременно приходили на площадь Пушкина к памятнику, где всегда многолюдно. Москвичи и гости столицы постоянно приносят сюда цветы. Как и прежде, на это место приходят в “звездные часы” своей жизни все, кто оказывается здесь в дни радости и печали. Одухотворенные лирические строчки Пушкина звучат здесь постоянно. Мне доводилось слушать здесь пушкинские стихи, которые с вдохновением декламировали Роберт Рождественский, Андрей Вознесенский, Сергей Михалков, поэтесса Раиса Ахматова. И каждый раз возвышенные и прекрасные чувства наполняли наши сердца.

Анна Петровна Керн (с рисунка А. Пушкина)

В семидесятых годах прошлого века я побывал в Государственном музее А.С.Пушкина в Москве. Здесь удалось приобрести две небольшие брошюры: “Друзья души моей” и “Адресаты лирики Пушкина”. В последней опубликованы портреты женщин, которым посвящены стихи поэта-гения. При этом эпиграфом взяты его две строки: “Я славой был обязан ей, А может быть, и вдохновеньем”. Вот имена этих удивительных женщин, которые - через десятилетия - будто оживают в строчках Александра Сергеевича:

Елизавета Воронцова

Бакунина Екатерина Павловна, Голицына Евдокия Ивановна, Колосова Александра Михайловна, Семенова Екатерина Семеновна, Воронцова Елизавета Ксаверьевна, Раевская Мария Николаевна, Керн Анна Петровна, Волконская Зинаида Александровна, Ушакова Екатерина Николаевна, Оленина Анна Александровна, Завадовская Елена Михайловна, Россет-Смирнова Александра Осиповна, Пушкина Наталья Николаевна.

Мария Раевская

Красавицы, умницы, образованные и очаровательные - они были музами поэта. Все знают чудесные строки, посвященные Анне Керн, племяннице П.А.Осиповой:
Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой
красоты...

Елена Завадовская

А вот каким запомнила поэта сама Анна Керн (В. Вересаев “Пушкин в жизни”. Том 3, стр. 26. Издание 1927 года): “В 1925 году мы приехали в Михайловское. Гуляя по старому запущенному саду, Александр вспоминал нашу первую встречу у Олениных (1819г.), выражался о ней увлекательно, восторженно и в конце разговора сказал: “У вас был такой девственный вид, и, не правда ли, - как будто вы несли на себе крест?” А на другой день, когда я должна была уехать в Ригу вместе с сестрой А.Н.Вульф, он пришел утром и на прощанье принес мне экземпляр II главы “Онегина” в неразрезанных листках, между которых я нашла вчетверо сложенный почтовый лист бумаги со стихами”. Это были те самые строчки, ставшие классикой русской поэзии.

Наталья Пушкина

Александр Сергеевич неоднократно писал Анне Керн:
“Снова берусь за перо, ибо умираю с тоски и могу думать только о Вас”. “Перечитываю Ваше письмо вдоль и поперек и говорю: милая! прелесть! божественная!...а потом: ах мерзкая!, - простите, - прекрасная и нежная, но это так”. Анна Керн, вспоминая их встречу в 1825 г. в июне месяце, характеризует Александра Сергеевича следующим образом: “...Мы нескоро познакомились и заговорили. Да и трудно было с ним вдруг сблизиться; он был очень неровен в обращении: то шумно весел, то грустен, то робок, то дерзок, то бесконечно любезен, то томительно скучен, и нельзя было угадать, в каком он будет расположении духа через минуту... Вообще же надо сказать, что он не умел скрывать своих чувств, выражал их всегда искренно и был неописуемо хорош, когда что-нибудь приятно волновало его... Он имел голос певучий, мелодический.

Евдокия Голицына

Как он говорит про Овидия в своих “Цыганах”: “И голос, шуму вод подобный...” Ни прежде, ни после я не видела его так добродушно веселым и любезным; всегда задумчивый и грустный, несмотря на озабоченность, Пушкин на этот раз был очень нежен, ласков со мною... Я заметила в этом и еще в несколько других случаях, что в нем было до чрезвычайности развито чувство благодарности. Самая маленькая услуга ему или кому-нибудь из его близких трогала его несказанно” (В.Вересаев, том 2, стр. 25 и 13. Издание 1927 года).

Зинаида Волконская

В Москве и Санкт-Петербурге до сегодняшнего времени сохраняется романтическая легенда, связанная с “последней встречей” Пушкина и Анны Керн: ...на Московском тракте будто бы “повстречались” бронзовый Пушкин и гроб с телом Анны Керн... Как будто и после смерти между поэтом и его первой юношеской любовью оставалась мистическая связь.
Я рад, что и в нашем городе установлен памятник Александру Сергеевичу Пушкину к 200-летию со дня его рождения. И можно прийти к нему, положить цветы и будто пообщаться, как с живым.

Александр Шатковский, ветеран Великой
Отечественной войны
Вернуться назадОбсудить в форуме

     О газете
     Контакты
     Подписка
     Письмо
     Поиск