Галия Елтай, кинокритик
Черное золото в соленом озере

Состоялась премьера нового художественного полнометражного фильма “Дом у соленого озера” режиссеров Асанали Ашимова и Игоря Вовнянко. Символичен тот факт, что фильм вышел на экраны в год празднования 60-летней годовщины Победы советского народа в Великой Отечественной войне

Фильм охватывает два временных пласта: первый - повествование ведется от лица главного героя - современного писателя Галыма Жанакова, который встречает в аэропорту Атырау журналистку Зигрид из Германии, приехавшую в Казахстан за информацией о немецких военнопленных. Об одном из них, немом немце-музыканте, она узнала из книги писателя и предположила, что это и есть ее отец, пропавший в пекле войны. С момента встречи параллельно вступает в свои права второй пласт фильма. По дороге к месту, где когда-то находился лагерь военнопленных, Галым-ага вспоминает о далеких событиях своего детства.

Сценарий фильма был написан по повести известного казахского драматурга Сатимжана Санбаева при участии Асанали Ашимова и Игоря Вовнянко. В 2001 году сценарий выиграл в конкурсе, объявленном Министерством культуры. В 2003 году на киностудии “Казахфильм” фильм был запущен в производство.
Как человек, непосредственно принимавший участие в производстве фильма “Дом у соленого озера”, смею заверить читателя, что работа была не из легких.
Кастинг актеров был скрупулезный, претендент на каждую роль проходил сквозь жесткий отбор соответствия образу, характеру и эпохе. И в конце концов актерский ансамбль сложился. В главной роли писателя Галыма Жанакова - народный артист СССР Асанали Ашимов, в роли немецкой журналистки Зигрид - актриса Светлана Светличная. В роли Галыма мальчика снялся школьник из города Талгара Сеит Байсарин, родителей будущего писателя сыграли актер Казахского ТЮЗа Турсун Куралиев и телеведущая Маржан Казыбаева, в роли Малики - представительница чеченской диаспоры в Алматы Аливия Кадиева. Глаза этой девочки, несмотря на юный возраст, затаили боль и горечь войны в Чечне, это сыграло свою решающую роль (страшная реальность). Фронтовика Сарсена исполнил Жан Байжанбаев. Худсовет долго не соглашался утвердить Байжанбаева на эту роль, за которым утвердилось амплуа “сладкого красавчика”, но Жан развеял этот миф, и зритель увидел нашего актера совершенно в ином свете. Жан Байжанбаев создал другой образ фронтовика-казаха, чем мы привыкли видеть в советских фильмах про войну, сурового, но не потерявшего веру в жизнь. В роли его возлюбленной Ивоны снялась Александра Флоринская-Буданова, полноправная российская звезда, снявшаяся в сериалах “Бригада”, “Небо и земля”, “Стервы” и др. Совсем по-другому зритель взглянул на Владимира Толоконникова, которого не иначе как в роли Шарикова никто и не представлял. А здесь Толоконников развеял миф об актере одной роли, а заодно и о беспринципности служителей культа Сталина. Маленькие, но яркие роли евреев из Львова исполнили Анна Даниленко и Ефим Датышидзе. Немого немца сыграл Роман Радов из театра Советской Армии, а Мартина - Владимир Большов из театра “Сатирикон”, оба из Москвы. Эпизодические, но от этого не менее яркие и запоминающиеся роли сыграли актеры Атырауского драматического театра: Тулеген Куанышев и Оралбай Галымжанов.
Съемки проходили в октябре-ноябре 2003 года в поселке Доссор Макатского района Атырауской области. За 2 месяца до этого началась постройка декораций под руководством художников-постановщиков Рафаэля Слекенова и Михаила Колбасовского.
Ощущение тех лет отражает и камера киргизского оператора Мурата Алиева. Легкая дымка в кадре, отсылка черно-белого решения фильма к старым фотографиям, находка в движении камеры в “бегущих” сценах, игра со светом для наиболее точного акцента переживаний героев - так профессионально отобразил Алиев свое видение фильма о войне.
“Дом у соленого озера”, без сомнения, тот фильм, по которому так соскучился наш зритель, так сказать из когорты “старого доброго советского кино”. Его с удовольствием посмотрят зрители разных поколений, даже молодежь, привыкшая к американскому кино. И все же многое кажется недотянутым и местами пафосным. Театрален Ашимов, долгие годы на подмостках театра им. Ауэзова в качестве и актера, и режиссера “подавили” того Ашимова, которого мы видели в роли Бекежана в “Кыз-Жибек” и в роли Чадьярова в “Конце атамана”. Культ Асеке в казахстанской культуре настолько незыблем, что его участие в любом проекте, будь то фильм или соревнования по бильярду, приравняли его появление к участи свадебного генерала. Вины Ашимова в этом нет, долгий застой в кино, отсутствие фильмов со “свежей кровью” оставили отечественного зрителя без Героя на экране. Поэтому общественность пестовала и продолжает пестовать все тех же старых любимцев, что были на слуху и на виду в годы подъема казахстанского кино.
Двуплановость повествования, задуманная режиссерами как удачный ход, с одной стороны, сыграла с создателями злую шутку. При монтаже переход из одного временного пространства в другое сбивал общий ритм картины, а некоторые отсылки к современности были лишними. При отсылке к современности надежда героев военного времени на спокойную мирную жизнь вызывает неловкость. Тот маленький нефтяной поселок, затерянный в степи и принявший чужие судьбы, как свои, превратился в промышленного нефтегиганта, в котором затерялись простые люди. Не хватило планов с видами современного Атырау, по которому ходят и улыбаются счастливые мужчины и женщины, среди которых, а почему бы и нет, все такие же молодые Ивона и Сарсен, семья Турлыжана с маленькими и веселыми Галымом и Маликой, глаза которой на этот раз светились детством, а не войной. Вместо этого складывается впечатление, что лозунг Великой Отечественной войны “Все для фронта, все для победы” вылился в реалии капиталистического сегодня - “все для нефти, все для престижа”.
Кадры кинохроники нефтяных месторождений Атырауской области сохранили подлинное историческое отображение для потомков. Вкрапление хроники в фильм оправдано по атмосфере, но ее обилие на экране уводит от сюжета.
Идея многонациональности Казахстана, о которой так любят говорить с высоких трибун чиновники разного ранга, от этого многократного употребления обесценивается. “Ноев Ковчег”, показанный в “Доме у соленого озера”, стал предтечей тому, что сегодня в Казахстане наблюдается межнациональная стабильность. Родители наших родителей не по принуждению, а по велению сердца принимали и помогали выжить и чеченцам, и немцам, и ингушам, и русским, мудро укрепляя платформу под мирное будущее своих потомков. Не говорить об этом грешно, спекулировать на этом - преступление. В казахском кино идея “микромодели” Вселенной стала уже стереотипом, об этом в каждом своем фильме говорит Сатыбалды Нарымбетов, об этом повествовал и Рустем Абдрашев в дебютном фильме “Остров Возрождения”. Есть опасность, что эта “кочующая” идея в казахском кино перестанет быть востребованной, ведь реалии сегодняшнего дня показывают, что межнациональное согласие стало неотъемлемой частью ассимилированного общества.
Немного огорчает и двойной финал картины, сначала Галым прощается с Маликой, а затем они вместе весело бегут по белой меловой дороге к горизонту. Целостность рассказа от этого в конце раздробилась и оставила чувство недосказанности, высокая нота, поднимающая атмосферу на протяжении всей картины, стала синкопой и слегка испортила финал.
Может, требования к создателям слишком завышены, но это всего лишь субъективная точка зрения, высказанная с позиции молодого поколения казахстанских кинематографистов. Поверьте, этот фильм мне очень дорог: история простых человеческих взаимоотношений, рано повзрослевшие дети войны, люди, пережившие страшное испытание и оставшиеся людьми, невидимые в кадре “соленые озера слез” кинопроизводства, не просочившиеся на экран, новые актерские лица - все это гарантия того, что на казахстанский экран вышел фильм, который стал большой победой в долгой борьбе за зрителя.