“Придворный” ювелир"

Анна Шелепова

Открывая каждое утро малахитовую шкатулку, чтобы надеть что-нибудь из любимого серебра, вспоминаю своего дедушку Михаила Селеверстовича Шелепова, не рядового ювелира, а свердловского мастера, выполнявшего спецзаказы от Сталина, Хрущева и Кунаева...

Недавно к нам в редакцию зашла женщина, которая продавала серебряные украшения. Как же оживилась женская часть коллектива! Впрочем, и заботливые мужчины решили присмотреть для своих половинок что-нибудь симпатичное. Журналистки накинулись, как сороки, на серебро, любуясь камнями в кольцах и серьгах, а для меня это маленькое событие в редакционной жизни стало очередным поводом вспомнить любимого, увы, покойного дедушку.
Человек, привыкший работать в стенах правительства, не расслаблялся даже дома. В любое время дня и ночи он всегда умел выглядеть. Открывал дверь в выглаженном костюме. Для него стало традицией перед ужином выпивать рюмку водки. Добрый и любящий нас, своих внуков (меня и братьев), и всегда в хорошем настроении - таким я помню его до сих пор, хотя его нет с нами уже одиннадцать лет...

Дедушка...

Он родился в простой крестьянской семье, в которой кроме него было еще три девочки и три мальчика. Мой дед был старшим ребенком. Жили они в селе Бобиново, в Курганской области под Свердловском. Его мать пекла собственный ароматный хлеб, вспоминают близкие, а по двору бегал скот, с которым любили играть.

...и внучка

Закончив школу, будущий ювелир продолжил образование в Свердловском техникуме. После окончания учебы устроился на завод “Русские самоцветы”.
Известный в то время ювелир Обертюхин взял Михаила к себе в ученики. Обертюхин был единственным, кто занимался малахитом на заводе и знал все секреты обработки этого камня. Собственные знания впоследствии он передал своему единственному ученику Михаилу.
В 1937 году, по словам его жены и моей бабушки Александры Яковлевны, подающему надежды ювелиру дали одно из крупных и серьезных заданий - сделать в Ленинграде из драгоценных камней карту СССР. После удачно выполненной работы его направили в Эрмитаж реставрировать старинные малахитовые столы. А в 1939 призвали в армию. Он прослужил в железнодорожных войсках и был награжден множеством медалей и орденов. Демобилизовали Михаила лишь в апреле 1948 года. И он не раздумывая вернулся на завод, где работал художником по камню.
Тут же посыпались заказы от членов правительства. Среди особо важных - малахитовые изделия для Сталина. В то время уже существовал музей Сталина, в котором и ныне хранятся все работы дедушки.
Никита Сергеевич Хрущев стал одним из главных участников персональной выставки ювелирных работ уже известного ювелира с заслуженной репутацией Михаила Шелепова в Осло.
В 1958 году он получил приглашение в Казахстан, в Алма-Ату. Сюда он приехал работать на фабрике “Сувенир” в качестве ювелира для членов правительства Казахстана. Выполнял личные заказы от Динмухамеда Кунаева. В частности, на его шестидесятилетие изготовил письменный прибор из драгоценных камней. Для многих членов правительства был своим человеком. Вырезал из камня картины, вазы, портреты вождей, наборы для письменных принадлежностей, шкатулки, броши, украшения, делал... малахитовые кабинеты для первых лиц. Об этом были написаны книги, которые вышли за рубежом. Нашими режиссерами также был снят документальный фильм “Сувенир” о Михаиле Шелепове. Он был так известен, что в те непростые времена мог позволить себе путешествие в Венецию и объездить множество других стран. Одним из его самых больших увлечений было коллекционирование билетов из самых известных музеев городов мира.
Но не все знали, что “придворный” ювелир не всегда разделял политику своих особо важных клиентов. В тайне он писал саркастические поэмы, в которых высмеивал алчность и самодовольство некоторых известных людей бывшего Советского Союза, например, в сказке “Хрущев в аду”, которая начинается со слов: “Как-то головы бараньи собрались на заседанье...” ...
Когда читаю его стихи, порой мне кажется, что у него был еще один прекрасный и не менее тонкий, чем ювелирный, талант, который не погиб и не исчез бесследно, а хранится как семейная реликвия - это его литературные сборники, так и не вышедшие в свет...